ИРАН. ЯДЕРНАЯ ДОКТРИНА

В последние месяцы одна из ключевых проблем международной  политики связана с ядерной программой Ирана, которая оказывает непосредственное влияние на уровень международной  безопасности стран как Ближнего Востока, так и других регионов мира.

Ближний Восток сам  по себе является крайне взрывоопасным  регионом. С одной стороны, здесь  сосредоточены огромные энергетические ресурсы, без использования которых  само существование экономики США  и Европы становится невозможным. С другой — именно здесь находятся базы международного терроризма, периодически обостряется арабо­израильский конфликт, а ряд государств, такие как Сирия и Иран, причислены американским президентом к «оси зла».

В конце июля 2010 года президент США Барак Обама объявил, что Соединенные Штаты готовы вывести все боевые части американских войск из Ирака к концу сентября текущего года, оставив в этой стране только те подразделения, которые занимаются подготовкой иракских сил безопасности. Обама подчеркнул, что США намерены сконцентрировать все свои усилия на борьбе с терроризмом в Афганистане, что станет возможным после вывода войск из Ирака.

Однако, спустя некоторое  время, в начале августа текущего года, главный американский военный  чиновник — председатель Объединенного  комитета начальников штабов ВС США адмирал Майкл Маллен заявил, что военнополитическое руководство США в настоящее время разрабатывает план решения иранской ядерной проблемы силовым путем.

А немногим ранее, директор Центрального разведывательного управления США Л.Панетта заявил, что Иран располагает возможностями для создания ядерного оружия до конца 2012 года. По его словам, в настоящее время Иран обладает достаточным количеством низкообогащенного урана, однако для его обогащения, необходимого для создания ядерного оружия, а также для разработки и создания средств доставки Ирану понадобится два года. В связи с этим он подчеркнул необходимость ужесточения давления мирового сообщества на Иран, направленного на прекращение этой страной своей ядерной программы.

Подобные высказывания представителей американского военного командования и разведки, по мнению экспертов, призваны убедить международное  сообщество в целесообразности и  неизбежности нанесения военного удара  по ядерным объектам Ирана. Подобная ситуация уже была в 2003 году с Ираком, который при режиме Саддама Хусейна  якобы занимался разработкой  оружия массового поражения (химического  и биологического).

Что же представляет собой на самом деле иранская

ядерная программа  и так ли она опасна?

Создание атомной  энергетики в Иране и ее дальнейшее развитие имеет свою историю и, как  показывают источники, берет начало еще со времен правления шаха М.Пехлеви, когда в середине 1950х гг. был основан Атомный Центр Тегеранского университета. Следует при этом отметить, что разработки в области атомной энергии проводились при помощи США, с которыми Иран в 1957 г. подписал Соглашение о мирном использовании ядерной энергии. В соответствии с этим соглашением Вашингтон обязался поставить в Иран ядерные установки, оборудование и подготовить специалистов.

В период с 1967 по 1977 гг. не только США, но и Франция, Великобритания, Италия, Бельгия, а также ФРГ принимали  активное участие в программе  развития ядерной энергетики в Иране, которое привело к заключению ряда контрактов на поставку оборудования и ядерного топлива для будущих  АЭС, обучение специалистов и другие виды содействия, включая строительство  двух АЭС в Бушере и Ахвазе. Изначально иранская ядерная программа предполагала строительство к 2020 году значительного числа атомных электростанций с водоводяными реакторами на слабообогащенном уране, электрическая мощность которых должна была превысить 20 тыс. МВт. Позднее программа была скорректирована с учетом экономических возможностей страны в сторону сокращения вырабатываемой АЭС энергии на 70%.

Решение об осуществлении  военной ядерной программы, по оценкам  экспертов, было принято в начале 90х годов прошлого века. Одновременно начались работы по созданию ядерного оружия на основе как высокообогащенного урана, так и плутония. Для накопления высокообогащенного урана в 1995 году были закуплены в Пакистане и собраны в Иране 500 центрифуг Р1. Высокий уровень иранских технических специалистов позволил скопировать центрифуги, что позволило начать собственное производство. Сотрудники ЦРУ США уже к 1996 году обнаружили признаки военной ядерной программы Ирана.

В конце 2003 года совет  управляющих МАГАТЭ одобрил резолюцию, в которой говорится, что иранское правительство в течение 18 лет  скрывало свою ядерную программу. Вскоре Иран обязался приостановить работы по обогащению урана, однако в 2006 году власти страны объявили, что Иран будет продолжать развитие собственной мирной ядерной программы. 23 декабря 2006 года Совбез ООН принял резолюцию, налагающую на Иран экономические санкции, в том числе запрет на поставки продукции и технологий, которые могут способствовать развитию ядерной и ракетной программы Ирана. Санкции ужесточались еще несколько раз, однако в Тегеране называют эти меры бесполезными. Весной 2007 года Иран объявил о начале «промышленного» обогащения урана. По данным СМИ, США и Израиль неофициально рассматривали возможность ликвидации «иранской ядерной угрозы» путем военной операции. Ирану дважды предлагали обогащать уран за рубежом, но власти страны долго не соглашались на это. Наконец в мае 2010 года Иран согласился вывозить низкообогащенный уран на дообогащение в Бразилию.

Поведение Ирана  вполне объяснимо, поскольку там  отчетливо осознают, что международное  давление и, в большей степени, со стороны США и Израиля связано  не столько с ядерными технологиями как таковыми, сколько с характером политического режима, который явно не устраивает США и ряд их ближайших  союзников. Примечательно, что другие страны, в частности Россия, КНР, Индия, имеющие хорошие отношения  с Ираном, не испытывают особого  волнения по поводу его программы  при условии, что она будет  оставаться под контролем МАГАТЭ. Ведущие западноевропейские державы  в настоящее время занимают промежуточную  позицию между линией США и  названных партнеров Ирана.

И все же, как бы ни расходились мнения экспертов  относительно ядерных амбиций Ирана, следует подчеркнуть, что до тех  пор, пока Иран будет ощущать угрозу своей национальной безопасности и  его интересам в регионе, нельзя исключать возможность того, что  при внешней приверженности программе  по мирному исследованию атомной  энергии, он тайно и активными  темпами пытается создать ядерное  оружие.

Что касается средств  доставки ядерного оружия, то в настоящее  время Иран располагает баллистическими  ракетами средней дальности «Шахаб3» (дальность действия до 2 тыс. км), которые могут снаряжаться ядерными боеголовками. По мнению американских военных экспертов, эти ракеты могут накрыть всю территорию Израиля и военные базы США на Ближнем Востоке. Кроме того, по данным ЦРУ США, Иран продолжает работу над созданием межконтинентальных баллистических ракет, дальность действия которых позволит нанести удар по территории Восточной и Южной Европы.

Однако, как бы американское руководство ни акцентировало внимание международного сообщества на необходимости  ликвидации ядерной программы Ирана, весьма сомнительно, что интерес  США в этом деле направлен исключительно  на нераспространение ядерного оружия. К примеру, Северная Корея куда более  продвинулась, нежели Иран в деле создания ядерного оружия. Да и ракетная программа  КНДР представляет куда большую угрозу для США и их союзников, нежели иранская. Тем не менее, о силовом решении северокорейской ядерной проблемы США не заявляют. Так может быть вся цена вопроса иранской ядерной проблемы сводится к огромным запасам нефти и газа, сосредоточенным в этой стране? Тем более, учитывая недавнюю аварию на нефтяной скважине в Мексиканском заливе, принесшую огромные убытки американскому бюджету и экосистеме региона.

Так или иначе, но тот факт, что американцы собрались  в ближайшие два месяца вывести  свои войска из Ирака, косвенно подтверждает реальность их планов по вторжению  в Иран.

Кроме того, Вашингтон  уже сделал политический шаг в  сторону силового решения иранской ядерной проблемы, а именно, ввел беспрецедентные санкции против Ирана, которые поддержали Евросоюз и Канада. В частности, были введены дополнительные санкции против финансового, страхового, торгового и энергетического секторов иранской экономики, а также против Корпуса стражей Исламской революции.

Более того, сам президент  Ирана Махмуд Ахмадинеджад, выступая в конце июля в эфире государственного телевидения страны, предупредил, что «в течение трех ближайших месяцев США пойдут войной по меньшей мере на две страны Ближнего Востока». По словам М.Ахмадинеджада, у него есть очень точная информация о плане американцев начать «психологическую войну» против Ирана. Говоря о перспективах мирного решения иранской ядерной проблемы, Махмуд Ахмадинеджад заявил, что переговоры со странами Запада возобновятся в сентябре. При этом Иран хочет, чтобы в переговорах участвовали также и Турция с Бразилией, которые недавно подписали в Тегеране соглашение о порядке обмена низкообогащенного урана на ядерное топливо для Тегеранского экспериментального реактора.

 Еще одним известным  политиком, который также уверен  в неизбежности войны США и  Ирана, стал Фидель Кастро. Экспредседатель Госсовета Кубы опубликовал статью из серии «Размышлений», в которой указал, что Иран «добился производства 20 кг обогащенного до 20% урана, достаточного для того, чтобы создать ядерное оружие», добавив, что это «еще более сводит с ума тех, кто уже давно принял решение атаковать» Иран. Фидель Кастро считает, что президент США Барак Обама «не смог бы изменить» это решение. В статье Фидель Кастро вновь предупредил о том, что атака на Иран повлечет за собой крупномасштабный конфликт, который может перерасти в ядерный.   

СПРАВКА «ПЛАТОНА»

Разведанные запасы нефти Ирана составляют около 95 млрд баррелей, или почти 9% мировых. При условии применения новейших технологий этот показатель, по оптимистичным оценкам, может возрасти до 130 млрд баррелей. Объем нефтедобывающих мощностей в стране в настоящее время оценивается иностранными экспертами примерно в 3,75 млн баррелей в сутки, что выше установленной для Ирана в рамках ОПЕК индивидуальной квоты добычи (3,406 млн баррелей в сутки). По объему запасов природного газа (24 трлн куб. м, или почти 16% мировых) Иран уступает только Российской Федерации. 

СПРАВКА «ПЛАТОНА»

Сухопутные войска Ирана

В распоряжении иранской армии находится более 1600 танков, среди которых: 540 Т-54/55, 480 Т-72, 168 M47, 150 M60, 100 Chieftain, 100 «Зульфикаров» и 75 Т-62. Кроме того у Ирана имеется 865 прочих единиц боевой техники, 550—670 боевых машин пехоты, 2085 стволов несамоходной артиллерии, 310 САУ, около 870 реактивных систем залпового огня, 1700 орудий ПВО, большое количество противотанковых орудий, а также не менее 220 вертолетов.

Военно­морские силы Ирана

В иранских военно-морских  силах проходят службу около 16 тысяч  человек, в том числе 2600 солдат в  двух бригадах морской пехоты и 2000 —  в морской авиации. Военно-морские  базы Ирана расположены в городах  Бендер-Аббас, Бушер, Чабахар, Бендер-Хомейни на Персидском заливе, Бендер-Энзели, Мехшехр — на Каспийском море. В составе флота находятся 3 субмарины, 3 фрегата, 2 корвета, 10 ракетных катеров, 5 эсминцев, 10 десантных кораблей и 52 патрульных катера. В морской авиации (имеется только в Персидском заливе) — 5 самолетов, 19 вертолетов. Основными поставщиками морской техники в Иран являются Россия и Китай. В настоящее время ведется разработка собственной малой подводной лодки «Сабиха». 

Проблески ада

Андрей Исканов живет в Хабаровске и снимает фильмы в стиле «хоррор». При этом в России был растиражирован только один его фильм, «Гвозди», еще на видеокассете, в 2003 году в серии «Другое кино». Остальные фильмы Андрей выпустил в США, найдя себе через интернет американского дистрибьютера. Который, кстати, ездил вместо него в 2008 году в Испанию на кинофестиваль SITGES представлять фильм «Философия ножа». Почти как в СССР получилось — только тогда вместо режиссера на фестивали ездили партийные деятели. А совсем недавно Андрей вернулся из Эстонии, с фестиваля Haapsalu horror and fantasy festival.

Любое жанровое определение  достаточно условно. Просто каждый продукт  должен иметь этикетку для того, чтобы его хоть кто­нибудь купил. Если в магазине будет стоять на полке непонятная банка с аморфной массой, без какоголибо пояснения — она так и будет там стоять. Другое дело, если на банке будет написано — тушенка. Точно так же и с «хоррором». Та же «Философия ножа» — на самом деле, практически документальный фильм, об опытах над людьми во время 2й мировой войны. Хотя он и был признан одним из самых жестоких фильмов в истории кино и официально запрещен к показу в Германии.

В фильме поднята  история так называемого «отряда 731» — спецподразделения квантунской армии, созданного в 1933 году в оккупированной японцами Манчжурии, в Харбине. Отряд занимался, якобы, картографией, а на деле — разработкой химического и бактериологического оружия. Опыты производились на людях — благо, в материале недостатка не было, а результаты опытов на людях куда достовернее, чем на крысах. Сначала «в расход» шли всевозможные уголовные элементы, потом, когда их запас подиссяк — местная неблагонадежная, нелояльная императорскому режиму публика. Поскольку дело происходило в Харбине и окрестностях, среди жертв попадались и русские.

После войны над  деятелями «отряда 731» было несколько  процессов — самый громкий  Токийский, на котором «экспериментаторы» могли бы ответить за преступления, совершенные против человечества, если бы Китай не сказал — это наше внутреннее дело, мы разберемся сами. Еще  был организованный Сталиным Хабаровский  процесс, в 50е даже выходила книга — «Материалы по делу об отряде 731».

Проблема в том, что в руки наших военных не попался никто из руководителей  отряда — тех, кто планировал и  ставил эксперименты. Только исполнители, младший научный персонал. Был  осужден даже рядовой, который ловил  крыс. Зато наши захватили генерала квантунской армии Ямаду, который не был членом отряда, но, разумеется, знал о его деятельности. Когда у Ямады спросили — «Вы были осведомлены о существовании отряда, почему вы не остановили его деятельность»?, он ответил — «Как я мог ее остановить, если отряд был создан личным указом императора»?

Фильм Андрея Исканова во многом основан на личных воспоминаниях Анатолия Протасова — человека, родившегося в Харбине еще до войны, который был лично знаком со многими японцами из отряда и, будучи одним из немногих европейцев, допущенных в японский университет по врачебной специальности, в совершенстве владел японским. Самое главное, что Протасов был переводчиком на Хабаровском процессе.

Вся секретная документация отряда, кстати, досталась американцам  в обмен на… амнистию для начальника отряда генерала Широ Исии. Американские спецслужбы резонно заключили, что такими специалистами разбрасываться грех, и после войны Широ работал уже на американцев, продолжая заниматься тем же самым — разработкой бактериологического оружия.

Андрей Исканов поставил перед собой задачу сделать хорошее документальное кино и реконструировать факты. Существует еще китайская версия — «Men behind the sun», основанная также на материалах Хабаровского процесса. По мнению Исканова, китайский фильм является, по сути, антияпонской пропагандой. Он же постарался рассмотреть факты объективно. Важно было понять точку зрения японцев. Андрей считает, что осуждать точку зрения самураев, которые верили в то, что делают опыты на преступниках, которые замышляли против живого бога, по меньшей мере, некорректно. Любое явление нужно судить с позиций той культуры, в которой оно возникло.

В «Философии ножа»  было задействовано более 30 человек, все работали «из интереса», на совершенно добровольных началах. Музыку к ранним фильмам писал, как уже было сказано, знакомый из Киева, сейчас у Андрея огромный выбор музыкантов со всего мира. В саундтреке к последнему фильму «Ingression» звучат группы из Англии, США, Германии и Венгрии. Была только одна группа, которая отказалась сотрудничать — «Otto Dix» из… Хабаровска. По словам Андрея, когда они узнали, что он живет и снимает кино в нашем городе, они сказали — «Мы презираем Хабаровск, поскольку вы из Хабаровска, мы с вами работать не будем».

Сейчас Андрей Исканов планирует снять новый фильм, основанный на кошмарных снах. Во сне всегда есть внутренняя логика, а когда мы просыпаемся и пытаемся сон вспомнить и пересказать, она выглядит чем­то бредовым. Как раз отсутствие причинноследственной связи и является ключевым элементом ужаса — пугает нас нечто иррациональное. «До тех пор, пока Чикатило не был пойман, это был терминатор, машинаубийца» — говорит Андрей. «А поймали — оказался облезлый старикашка».

Задача перенести  иррациональную атмосферу сна в  кино — очень интересная, в мировом  кинематографе фильмы, где это  удалось, можно пересчитать на пальцах. В большей части из них использована современная дорогая компьютерная графика. Поскольку Андрей снимает независимое кино на собственные средства, он собирается решить эту задачу по старинке — с помощью света, цвета, зеркал, оптики и декораций. 

В первом фильме Исканова, «Гвозди», было задействовано всего два человека, это были непрофессиональные актеры, и от них не требовалось ничего сверхчеловеческого. Исполнитель главной роли вообще оказался в кадре случайно — это был знакомый из Киева, музыкант, которого Андрей пригласил для создания музыки. На роль планировался другой актер, но тому неожиданно раздробили челюсть в уличной драке. Музыкант из Киева походил фактурой на пострадавшего, пришлось ему стать главным героем.

Документальный фильм  «Проблески ада», который Андрей снял еще в юношеском возрасте в  морге для неопознанных трупов, произвел на кинофестивале в Эстонии неизгладимое впечатление. Не то, чтоб там не снимали  чернухи, достаточно вспомнить того же Ларса фон Триера (я даже не про «Догвилль», я про «Идиотов»). Но Триерто у них есть, а хабаровского морга для неопознанных трупов — нет. Цивилизованные европейцы вряд ли себе могут представить, что в наше время трупы можно складывать в штабеля и хранить при плюсовой температуре.

Естественно, снимать  там нельзя, и как Андрею удалось  обойти этот запрет — секрет фирмы. Он говорит только, что его просили  не упоминать, где он снимал, и не показывать здание снаружи. 

Андрей Геннадьевич Исканов

родился 28 марта 1976 года — хабаровский писатель, режиссер, сценарист, фотограф, мастер по специальным  визуальным эффектам и эффекта грима, продюсер. В 2004 году фильм «Гвозди» вошел в конкурсную программу  короткометражных фильмов на фестивале  «Киношок».

АЛЕКСАНДР ВАСИЛЬЕВ.

КРЕСТНЫЙ ОТЕЦ «ПЕРВОГО. МОДНОГО»

Возможно, какие­то традиции я храню, насколько я могу хранить в моем возрасте, который не такой и древний. Когда мне будет 95 лет, я буду хранителем, а сейчас еще как­то рановато.

Я около тридцати лет назад уехал в Париж  и, соответственно, попал в столицу  моды, в центр, где этого было так  много и это было так развито  по сравнению с Москвой, где это  было никому не известно. Я поступил на работу в крупнейшую французскую  школу моды, которая называется Esmod, и стал преподавть историю моды очень быстро. В Москве я тоже был модником, но модникомлюбителем. Больше потребителем, чем профессионалом.

Мне предлагают сейчас очень серьезные гонорары за поездки. Это прекрасно, конечно, но всех денег  не заработаешь, и все города не объездишь.

Я сейчас заканчиваю новое издание «Русского Голливуда», книжку, которая только что вышла, и там как раз немало о дальневосточном  актере Юле Бриннере, который родился  во Владивостоке и получил «Оскара» в Голливуде.

Главное качество в  женщине — это ум, а в мужчине  — красота. У женщины есть удивительное качество — у нее есть в сумочке  макияж. И даже если Бог не подарил  ей верную внешность, если она не идиотка, она может нарисовать себе глаза, и губы, и брови, правда? Она может себя одеть так, что будет выглядеть привлекательно и интересно, это идиотка никогда не сделает, она всегда выглядит какой­то неопрятной и неинтересной.

Раньше за особенным  стилем одежды нужно было ездить в  какой­то особенный городок — Флоренцию, Париж, Лондон, НьюЙорк, изыскивать что­то уникальное. А сейчас этого не стало совсем. Все продается везде в том же количестве, и это случилось уже в начале 21го века. Поверьте, к концу 21го века, если кто­то еще останется на Земле, я верю в это, различия сотрутся совсем.

Шотландская юбка не носится никем в Шотландии, кроме  закоренелых шотландцев старшего поколения  или болельщиков футбола, также  как в России традиционно носили валенки и сарафаны. Сарафаны вы не найдете нигде, а валенки тоже, думаю, что не слишком.

Мы находимся сейчас в Москве и сидим в «Шоколаднице», которая сделана на базе названия, которое пришло в картине Этьена Лиотара «Шоколадница», написанной в середине 18го века в Швейцарии, и пьем мохито, который, если не ошибаюсь, есть мексиканский слабительный напиток. Это и есть глобализация.

Исчезает постепенно размерная сетка одежды, появляются такие размеры, которые называются medium, L и XL вместо градаций 34363840. Этого больше ничего не будет, не будет никаких полутонов. Все должно быть легкое в стирке, легкое в уходе, недорогое, все должно быть моментальное — это действительно так. И упрощенное, потому что сейчас есть такое мнение — а мне так удобно, поэтому женщины и мужчины в результате одеваются в сланцы, в непотребного вида широченные брюки, какие­то майки безразмерные. Ну, удобно, мы рады за них, правда?

Я провел очень интересную выставку в Хабаровском художественном музее. Там были выставлены фотографии из моей коллекции. И в последнее  время я приезжал туда для выступления  в бутик «Первый. Модный». Этот магазин  выгодно отличается от других бутиков  одежды, мне он очень понравился. И коллекции подобраны грамотно, и чувствуется движение в сторону  Европы. Открытие этого магазина дало возможность хабаровчанам иметь в своем гардеробе одежду из новых коллекций ведущих дизайнеров, не выезжая за границу. Когда я был в Хабаровске, у меня было впечатление, что все хотят жить там скорее в европейском стиле. Питаться стали поевропейски, обставлять дом скорей поевропейски, одеваться поевропейски. На самом деле Хабаровск находится в Китае. Ну что греха таить­то?

Россия все­таки очень суровая страна, а уж Хабаровский край и подавно, когда у вас мороз, то это просто не приведи Господь.

У меня есть во Франции  одна приятельница из Хабаровска, ей 99 лет. Это очень известная у  вас поэтесса. Родилась в Хабаровске, зовут ее Ларисса Андерсен. Она была музой Вертинского, танцовщицей в Шанхае и очень известной поэтессой. Это самая знаменитая вообще женщина в мире из тех людей, что произошли из Хабаровска. Вообще про то, что есть город Хабаровск, никто не знает. А вот то, что Ларисса Андерсен из Хабаровска — это знают все, кто интересуется поэзией серебряного века.

Сексуальная мода приводит только к кратковременному наслаждению. Я в своем возрасте понимаю, что  секс не длится больше восьми минут  — средний, физический. Это же не длится часами, как многие думают. Это  обычно восемь минут. И ради этого  — столько страданий?

В молодом человеке должны быть амбиции. Но они должны быть реально оценены.

Отношение к созданию семьи, выращиванию детей мода никак  не предусматривает. У нас не модно  быть матерьюодиночкой, растящей детей — не модно этим заниматься, не модно думать про это.

Как у нас говорят  — в сорок лет мужчина меняет свою жену на две по двадцать. Или  на подругу, которая будет тешить его самолюбие, отвечать его жизненным  устремлениям и амбициям, особенно в глазах его друзей, потому что  они будут говорить — ну, у  Сереги такая крутая, вообще, девчонка, супермодель!

Сегодня принято  быть супермоделью. Или королевой красоты, или супермоделью. В крайнем случае, дизайнером интерьеров.

Русский стиль —  в восприятии внешних характеристик  образа. У нас любят яркий окрас  волос, боятся седины, боятся старения, очень любят ботокс, силикон, гель, всевозможные пластические операции, наращенные ногти — больше, чем в других странах. У нас больше не любят ничего натурального, понимаете? Нам кажется, что чем дальше человек от реальности природной, тем он выше. Я так не считаю.

В нулевые годы был  гламур. Он закончился вместе с годами и с кризисом, гламур вышел из моды. Сейчас в моде так называемая «новая скромность». Сейчас не модно быть богатым, не модно показывать свое благосостояние.

Мы такая редкая страна, где даже учебная программа  по истории в школах меняется чуть не каждый год. И мы никак не можем  решить, хотя прошло уже сто лет  с 17го года, как трактовать эти события — как позитивные или как негативные? На благо это было русскому народу или во вред? Привело это к большим свершениям или мы пришли к уничтожению нации? Из­за того, что нет единого мнения, мы не знаем, как трактовать все события. Большинство постсоветских людей уверены, что война началась в 41м году, что называлась она Великой Отечественной и что закончилась она победой СССР в 45м.

Зайцев просил меня заменить его в «Модном приговоре». Он ушел по собственному желанию, которое  тогда называлось «пенсия», а сейчас он не хочет даже про это говорить. Он даже несколько ревниво и обиженно сказал — нет, я не старый человек, мне только семьдесят два года. Но он действительно устал. Он устал  от этой передачи, устал от этих съемок, последние съемки он проводил без  особого энтузиазма, с ним рядом  был доктор. Ему было тяжело, ему  было тяжело говорить, тяжело вести. Я  понимаю. Это не самый легкий хлеб, эта передача. У нас длинные  съемки, по четыре передачи в день, мы заканчиваем в 12 ночи порой съемку. Это работа физическая. У нас перерыв  ровно 15 минут между съемками. За это время надо переодеться и  выслушать историю новой героини. Это все не так просто, это не для слабонервных.

Я артист. Я знаю, что такое камера, что такое  грим, что такое свет. Я прекрасно  понимаю, что такое сорок миллионов  зрителей, которые не только смотрят  вас каждый день, но выслушивают  каждое ваше слово. И вот вдруг  вы позволите себе резкость, скажем, раскритикуете какуюнибудь даму, которая верх безвкусицы, которая очень беспомощна, вульгарно одета — вы получите драку от негодовательных отзывов в Интернете, на сайте 1го канала. Все скажут — Васильев груб, как он имел право сказать, что эта женщина, которая носит все время розовый горох и голубую полоску, безвкусна, ее надо было понять, она воспитывалась в деревне. Ну и что из этого? Значит, сказать я ничего не могу. Я должен потакать все время вкусам толпы, все время должен говорить — о, вы прекрасны, вам так это идет. Иначе они не любят. У нас очень не любят, когда гладят против шерсти, очень не любят критику. Каждая женщина видит себя, по меньшей мере, Джиной Лоллобриджиной. В общем, она очень красивая, потрясающая, только ее надо помыть и почистить, и тогда у нее будет огромный успех. То есть мы вынуждены хранить еще и совершенно олимпийское терпение, выдержку и лояльность. Я порой не могу себе позволить и на 10 процентов высказать того, что я реально думаю по поводу этих женщин, потому что все время надо патоку говорить — как вы прекрасны, какая у вас хорошая фигура, хотя там пробу негде ставить, это совершенно бросовый вариант, и нельзя никогда раскритиковать мужа, сказать ему — на кого выто похожи, понимаете, старый приплюснутый башмак, который привел подавать нам свою красавицу­жену. Вы себе зеркало купите, она у вас не такая сексуальная, как восемнадцать лет назад. Ну, извините, вы тоже не Аполлон — но я не могу этого сказать. А что вы хотели? Причем ужасно, что эти требования почти всегда исходят от мужчин. Они обрюзгшие, лысые, плохо одетые мужики с интересом ТТТ — это тахта, тапочки, телевизор, — и они хотят, чтобы рядом с ним была конфетка на каблуках, с прекрасной прической, она должна готовить, прекрасно одеваться, изящно выражаться, секси представлять себя, и все это в одном флаконе, а он в это время будет, как султан, только во имя того, что он мужчина, а она Женщина, лежать на диване в пижаме животом кверху и говорить — Свет, принеси еще пивка. Это что такое? Совершенно дикий мачизм, который надо поддерживать. Просто неудобно порой. Я, конечно, полностью за свободу женщин и женской эмансипации.

Мы так много  взваливаем на бедного Бога, говорим, что он один, у нас здесь миллиарды  людей, и каждый взваливает на Бога все свои проблемы, наверно, тяжело быть Богом. Внимать мольбам миллиардов людей о божьей помощи.   

Лиссабонские записки

«...Карусельщики подрались  с полицией из за новых правил лицензирования». Не знаю, почему меня это так поразило: слова «подрались с полицией изза новых правил лицензирования» никак меня не задевают, но стоит добавить во фразу карусельщиков, и сразу возникает ощущение прекрасного португальского абсурда. Хотя всем известно, что ярмарочные карусельщики — народ недобрый и драчливый, им только дай повод и полицию. 

В ресторане у  огромного, в пол­стены, аквариума  мальчик побольше, лет пяти, показывает мальчику поменьше здоровенную сволочь, типа мурены:

— Видишь, какое страшное? Это ЗМЕЯ! Сейчас вылезет и тебя укусит!

Маленький, прячась  за его спину:

— Тебя укусит! Меня ей не видно! 

Сегодня у нас  стеклили балкон. Двое брутальных красавцев  разгуливали по узенькому карнизу  на одиннадцатом этаже под порывами ветра, стучали молотками, грохотали  дрелями и тоненькими щемящими голосками  пели нежнейшие фаду. В какой­то момент один из красавцев неминуемо уронил на другого стремянку.

— Вы не правы, друг мой, — укоризненно сказал ушибленный стремянкой, и дальше мы уже не слышали, поскольку рыдали в голос.

Кстати, сантехник  у нас тоже очень нежный, разве  что фаду не поёт. 

От мечети к метро  под дождём бежал мужчина цвета  ночи. Одет он был в широкие двухслойные  одеяния, что­то вроде ночных сорочек с рукавами: верхняя голубая доходила ему до колен, а нижняя жёлтая закрывала бы щиколотки, если бы мужчина её не поддёргивал, прыгая через лужи. На голове у него была голубая шапочка, вышитая жёлтым, а на ногах — растоптанные чёрные ботинки, каждый размером с модный в моём детстве атташекейс, и длиннейшие серые носки. В руках он нёс пакет из какогото торгового центра с надписью «Ято не дурак!» 

...в парке возле  моего дома срубили самую большую  и самую лысую пальму. Предположительно  неживая пальма геройски сопротивлялась, и сдалась только через четыре  часа безудержного пиления и  стучания топорами. На грохот свалившегося ствола из пруда (бывший фонтан) прибежали два белых лебедя, два чёрных лебедя и десяток разномастных уток, что­то нервно проорали и убежали обратно в пруд. 

Сидя утром в  кафе у парка за чашкой кофе и  булочкой с курицей, видела, как в  чистом небе вдруг сделалась чёрная дыра, и оттуда хлынула вода. Дыра была небольшая, и вода лилась как­то очень адресно — на розовощёкого крепыша лет тридцати с двумя такими же крепенькими и розовощёкими мальчиками, явно сыновьями, которые бежали к выходу из парка. Как только мокрая насквозь троица забралась в припаркованный у ворот фиат, воду немедленно выключили, а дырку затянули чем­то голубым в беленький барашек.

Хотела бы я знать, чем эти трое насолили тем, что  наверху... 

Утром в Лиссабоне, на станции метро Saldanha, в самом начале платформы увидела человека в повязке, плотно закрывающей ему рот и нос.

Пять метров спустя чуть не столкнулась с человеком  с широкой повязкой на глазах.

И совсем не удивилась, когда из последнего вагона подошедшего  поезда выглянул человек в толстой  и мягкой на вид повязке на ушах. 

В магазине серьёзная  девочка лет пяти, присев на корточки, рассматривает свою ногу в розовом  сандалике.

— Думаешь, это кровь? — с сомнение спрашивает она девочку  постарше — тётю или старшую сестру. — По­моему, это не кровь. По­моему, это прям мясо. Это я так стукнулась — прям до мяса!

— Ого, — легкомысленно  отвечает тётя или старшая сестра. — Это же ты, наверное, сломала  этот палец.

Младшая девочка  поднимает голову и в упор смотрит  на старшую.

— Ты даже не вздумай, Тереза, — чеканит она, — даже не вздумай больше произносить при  мне такие вещи! Я сейчас впаду  в панику, и кто меня тогда успокоит?! 

У нас на балконе, на его мужской половине завёлся  сверчок. С одной стороны, хорошо, что только сверчок. Потому что на мужской половине, среди ящиков с  очень нужными инструментами, важных деревяшек и необходимых проводов может годами прятаться средних размеров боец сопротивления. С другой стороны, мужская половина балкона пристёгнута к спальне. А эта скотина усатая скверчит по ночам, как дверца шкафа с нервным тиком. Открыласьзакрылась. Открыласьзакрылась. И так до  утра, до самого приезда мусоровоза. Заключила с собой пари, что я сделаю раньше: привыкну к дверце шкафа или заведу на мужской половине специально натасканную на сверчков игуану. 

В дамском туалете  очень сильно накрашенная женщина  с тем, что называется «следами былой  красоты» на лице, очень худая и  высокая, в крошечном резиновом  платье, едва прикрывающем попу, пыталась, глядясь в зеркало и диковинно  изгибаясь, стереть со спины следы  жизнедеятельности какой­то птицы.

Я взяла у неё  из рук мокрую салфетку и быстро оттёрла пятно.

Что вы со мной сделали! вскричала женщина.

Я попятилась. Я очень  не люблю, когда на меня вскрикивают.

По мне аж мурашки забегали! продолжила она и сунула мне под нос худую руку. Рука была покрыта мелкими коричневыми веснушками и тонкими сероватыми волосками. Мурашек на ней не было.

Простите, сказала  я, отступая к двери, я не нарочно.

Я знаю, сказала женщина  и потрясла мне перед лицом  кроваво­красным ногтем, я прекрасно знаю, что не нарочно. Это вы от природы такая. Это большая редкость. БольшаяБОЛЬШАЯ редкость! Она сделала шаг вперёд и схватила меня за руки. Спасибо, сказала она, заглядывая мне в глаза. 

По коридорам госпиталя  ходят парами и маленькими группами дорого одетые и хорошо пахнущие люди. Они красиво разговаривают, вкусно хрустят новой кожаной обувью и приятно шуршат отлично сшитой одеждой. Их волосы, ногти и зубы безупречны, их глаза блестят, а лица румяны и свежи. Они подкарауливают медиков, завлекают их в тёмный угол и насильно одаривают дорогими подарками. Это коммерческие представители  фармацевтических компаний, и даже похоронных дел агенты выглядят рядом  с ними, как новорожденные котята рядом со стервятниками. 

У входа в подъезд  видела белые мужские трусы.

С Большой Синей  Прищепкой на причинном месте.

Если это была попытка мужского варианта пояса  верности, она провалилась — мужчины  в трусах не оказалось. Не то, чтобы  я специально смотрела, но как­то было понятно, что трусы лежат совсем одни, а мужчина из них убежал. 

По городу ездят  коляски, прикрытые белыми тряпочками, чтобы попрятанные внутри младенцы не сгорели на солнце. Из­под тряпочек, бросая солнцу вызов, бестрепетно торчат сонные розовые пятки. 

На берегу маленького искусственного озера повстречала  человека в форменном комбинезоне  садовопаркового работника. Человек нёс в руке небольшого рака. Рак изгибался, клацал клешнями и, явным образом, отчаянно материл человека в комбинезоне порачьи.

— Эти сукины дети, — доверительно сказал человек в комбинезоне, держа рака наотлёте, — такие плодовитые! Одна маленькая фигня навроде этой рожает тыщи, ТЫЩИ других!

— И? — спросила я.

— И вот! — горячо воскликнул человек в комбинезоне. — Один раз мы спустили здесь  воду, а они как обозлятся! Как  вылезут из нор! Если бы вы увидели, вы бы умерли от страху!

— Это навряд ли, — сказала я, — я очень смелая.

Человек в комбинезоне  насупился.

— А ещё, — сказал он, — они едят рыб. И траву.

— Траву?! — переспросила я. Я никогда не слышала о раках­вегетарианцах.

— Да! — обрадовался  человек в комбинезоне. — По ночам  они вылезают из озера, стригут траву  клешнями и едят! А потом возвращаются в воду, едят рыб и размножаются! 

— А на рассвете, — задумчиво сказала мама, когда  я передала ей этот разговор, — они  ловят заблудших путников и...

— Едят. — услужливо подсказала я.

— Насилуют, — возразила  мама.

— Отличное, — сказала  я, — название для криминальной хроники. Изнасилованные раком. 

Видела мальчикатореро лет десяти. Он наступал на старенький опель, потрясая синей курткой, и кричал: Торо! Хей, тороо!

Опель коротко взрёвывал и рыл асфальт колёсами, но на мальчика не бросался, а один раз даже попятился. 

На эспланаде возле  парка невысокая костистая старуха  лет восьмидесяти, с недобрым коричневым лицом и белоснежными короткими  кудрями, сидела за столиком и ела  пиццу с жареной картошкой. Пиццу  она ела ножом и вилкой, а  картошку брала двумя пальцами с  отдельной тарелочки, ломтик за ломтиком, как будто смаковала редкий деликатес. Запивала пивом из высокого стакана. Доев, спросила себе кофе и воды и  закурила сигарету, без фильтра, ужасно крепкую, у меня аж в глазах защипало. И все это — с непроницаемым лицом, как будто долг выполняла. Какаято пара средних лет — не то внуки, не то племянники, — кинулась было к ней с сюсюканьем, — ой, а кто это тут сидит, да это же наша девочка тут сидит, а что наша девочка тут кушает, неужели картошечку, а разве доктор разрешил картошечку — и все в таком роде. Старуха молча затушила окурок в чашке изпод кофе, встала, взяла сумку и ушла, прямая и недобрая, как деревянный божок. Не то внуки, не то племянники растерянно повозились за пустым столом, потом встали и заказали себе по супу и пирожку со шпинатом. 
 

Спускаясь по лестнице с мусорным мешком, была поймана  на мушку.

— Ни с места, —  сказал чей­то голос, — руки вверх!

Я послушно застыла  и подняла руки.

— Можешь идти, —  сказал голос. — Только медленно, и  руки держи вверх, чтобы я видел.

Я спустилась на одну ступеньку.

— А можно, — спросила я, — я буду держаться одной  рукой за поручень? А то я упаду.

— Нельзя, — отрезал  голос. Из­за лифта высунулся автомат и погрозил мне, как пальцем. — Руки вверх и без глупостей!

Я опять подняла  руки, и спустилась ещё на одну ступеньку. В этот момент, из квартиры на втором этаже вышел мой восьмилетний сосед.

— О, — сказал он довольным голосом, — пленники!

Я скорчила ему рожу.

— Зря ты так, —  нахмурился он и застрелил меня из пистолета.

Я захрипела и  осела на ступеньки.

— Что ты сделал! — закричал автоматчик, выскакивая изза лифта. Он был значительно меньше моего соседа, где­то по плечо ему. — Я её раньше поймал!

— А я раньше убил, — ответил сосед. — Тётенька, хочешь, мы выкинем твой мусор в  мусорку? 

Справка «Платона»

Лея Любомирская

«Эта земля давнымдавно искала для себя хорошего толмача, способного переводить не только с португальского на русский, но и с языка цвета, шорохов, шепотов и ароматов, языка ветра, птиц и камней, с языка сумерек, с языка трамвайного звона, с языка скрипа половиц на человеческий.

Ну вот, нашла наконец, специалиста.

Нам, читателям, нвероятно повезло, потому что вот родилась бы Лея Любомирская, скажем, немкой или, предположим, китаянкой, и не было бы у нас ни единого шанса заполучить восхитительного португальского прозаика, пишущего порусски. А так есть.»

Макс Фрай.

FelaKuti

человек, который  нес смерть в кармане

Из всех африканских  музыкантов Fela Kuti, наверное, наименее нуждается в представлении. Пятьдесят альбомов за пятьдесят лет и его потный, обнаженный по пояс торс стали блистательной отправной точкой как для нигерийских низов, так и для политических заключенных во всем мире. Противоречивый, упрямый, откровенный, полный новаторства и всегда полностью идущий своим собственным путем, Фела стал в Западной Африке беспримерным творческим импульсом.

Фела Кути (полное имя, данное при рождении — Olufela Olusegun Oludotun RansomeKuti ) родился в именитой семье йоруба в городе Абеокута севернее Лагоса. Этот город был основан англичанами в начале XIX века для освобожденных рабов. Там жил лауреат Нобелевской премии, писатель Воле Сойинке (Wole Soyinke), это место всегда было рассадником творчества и радикализма. Его мать, Фунмилайо РэнсомКути, была феминисткой и активисткой антиколониального движения, а отец, Реверенд Израель Олудотун РэнсомКути — первым президентом Нигерийского союза учителей. Его братья — очень известные в Нигерии врачи, и сам Фела тоже был послан в 1958 году в Лондон изучать медицину.

Вместо этого Фела решил изучать музыку и поступил в Тринитиколледж. В семье Рэнсомов рождались как люди антиколониалистской, националистической направленности, так и музыкальные таланты. Дедушка Фелы был признанным композитором, его отец — пасторпианист, а мать — националистический лидер. В ТринитиКолледже Фела обучался игре на трубе и теории музыки. Там в 1961 году вместе со своим другом и учителем по имени Джей­Кей Брайма (JK Braimah) он организует свой первый коллектив Koola Lobitos, который играл смесь джаза и музыки в стиле «хайлайф».

В 1960 году Фела вступает в перый брак, с Реми Тэйлор, которая родила ему троих детей — Феми, Йени и Сола.  В 63м Фела вернулся в Нигерию, а в 67м выезжает в Гану. Именно тогда он впервые назвал свою музыку афробитом, так что эту страну и этот год можно считать местом и временем рождения нового музыкального направления.

В 1969 году Фела вместе с группой переехал в США, где познакомился с Сандрой Смит, партизанкой движения «Черные пантеры», которая оказала очень большое влияние на его музыку и политические взгляды. Благодаря ей группа получила новое название «Nigeria 70».  Вскоре иммиграционная служба была поставлена в известность, что Фела и его банда находятся в США без разрешения на работу. Музыканту пришлось вернуться в Нигерию, правда, «Nigeria 70» успела записать в ЛосАнжелесе альбом, после ставший известным под названием The ‘69 Los Angeles Sessions.

По возвращению  в Нигерию название коллектива сменилось  на «Africa 70», а тесты песен сменили свою тематику от любовной до остро­социальной. Тогда же Фела основал Республику Калакута — одновременно коммуну, студию звукозаписи и дом для многих связанных с ним людей. Позже Фела провозгласит республику отдельным, независимым от Нигерии государством. В отеле «Эмпайр» музыкантом был основан ночной клуб под названием Afrospot (позже Afrika Shrine), в котором он и его группа регулярно появлялись на публике. Тогла же Фела поменял свое среднее имя на Аникулапо (тот, кто несет смерть в кармане), объявив, что Рэнсом — это имя раба.

С каждым следующим  альбомом музыка становилась все  более политически мотивированной и все более популярной среди населения не только Нигерии, но и других стран черного континента.  Языком своих песен он выбрал пиджин инглиш — упрощенная смесь английского с местными диалектами, более­менее понятная всему африканскому населению, в отличие от йоруба или какогонибудь другого локального языка.

Насколько росла  популярность Фела Кути среди простого населения, настолько же он все сильнее и сильнее с каждым днем вызывал недовольство властей. Республика

Калакута подвергалась постоянным облавам. Однажды в 1974 полиция прибыла с ордером на обыск и пакетиком дури или косяком, который они собирались подбросить Феле. В принципе, подбрасывать было и не обязательно, наверняка он и так этим баловался. После того, как ему это подсунули, он, обнаружив подставу, не растерялся и проглотил его. Полицейские отвезли его в участок и взяли под стражу в ожидании экскрементов. Фела, договорившись с другими заключенными подсунул полиции чужое дерьмо и его выпустили. Выйдя на свободу он записал «Expensive Shit».

В 1977 Фела и Afrika 70 выпустили альбом Zombie. Зомби здесь — метафора, описывающая методы нигерийской армии, это была сокрушительная атака, и последствия не заставили себя ждать.  Коммуна была атакована тысячей солдат, сам Фела был жестоко избит, а его престарелую мать выбросили из окна, с летальным исходом. В ходе нападения республика Калакута была сожжена. Погибло все — студия, инструменты, мастерпленки. Фела позже заявил, что его самого не забили насмерть только благодаря вмешательству старшего офицера.

В ответ на нападение  Фела доставил гроб с телом матери в резиденцию генерала Олусегуна Обасанджо, президента Нигерии, и написал две песни — Coffin for Head of State, т.е. «гроб для главы правительства», и Unknown Soldier, «неизвестный солдат» — согласно официальной версии, коммуна была разрушена неизвестным солдатом.

Поскольку клуб Shrine был разрушен вместе с коммуной, Фела с его группой обосновались в отеле Crossroads.

Годовщину гибели республики Калакута Фела отметил более чем экстравагантно, женившись на 27 женщинах сразу — многие из них были его же танцовщицами и вокалистками.

На какое­то время Фела уезжает в Гану, где дает печально известный концерт, на котором во время исполнения песни «Зомби» начались беспорядки и часть сцены была разрушена. Другой концерт, тоже печально известный, произошел примерно в то же время, но уже на Берлинском Джазовом Фестивале, после которого большинство музыкантов покинуло группу изза слухов, что доходы от концертов Фела собирался пустить на свою президентскую кампанию.

Несмотря на череду неприятностей и неудач Фела строго был намерен реабилитироваться. Он сформировал свою собственную политическую партию, которую назвал «Движение Людей». В 1979 он пытался выдвинуть свою кандидатуру на президентских выборах, но ему отказали. Он создает новую группу, названную «Egypt 80″, продолжает записывать альбомы и гастролировать по стране, раздражая правительство свой деятельностью. Имена вицепрезидента Мошуда Абайолы и генерала Олусегуна Обасанджо звучат в конце 25минутного политического мессаджа, названного «International Thief Thief».

В 1984 он снова подвергся  нападению со стороны правительства, которое заключило его в тюрьму по сомнительному обвинению в  контрабанде валюты. Его осудили  на 10 лет. Однако, через 20 месяцев силы одного военного генерала свергли другого и победивший генерал Фелу освободил. После выхода из тюрьмы он развелся со своими двенадцатью оставшимися женами, сказав, что «Брак приносит лишь ревность и эгоизм» (по другой версии, Фела сказал более смачно — «Ни один мужчина не может себе позволить владеть женской п..дой»). Он продолжал выпускать альбомы, совершает несколько успешных туров по Соединенным Штатам и Европе и продолжает политическую активность. В 1986 он выступал на сцене Giants Stadium в НьюДжерси вместе с Bono, Carlos Santana и Neville Brothers.

В начале 1990х он прекращает записываться. Движение против коррумпированного военного режима Нигерии стало угасать, особенно во время правления диктатора Сани Абача. Ходили слухи, что он был болен и отказывался от лечения. 3 августа 1997, брат Фелы, Оликое РэнсомКути, видный активист по борьбе со СПИДом и тогдашний министр здравоохранения, ошеломил нацию, объявив о смерти знаменитого брата от болезни, вызванной последствиями СПИДа. Младший брат, Беко, в тот момент находился в тюрьме, куда за его политическую деятельность упрятал Абача.

Больше миллиона человек посетили похороны Фелы. Говорят, что во время похорон во всей стране прекратились грабежи и разбои.

За всю жизнь  он записал около пятидесяти альбомов, хотя процесс их записи происходил не так, как обычно: его альбомы  являются прямым отражением концертной деятельности, проще говоря, это  записи живых выступлений. Были выступления  — были альбомы, не было выступлений  — не было и альбомов.

Фела говорил, что никогда не умрет и что он бессмертен. «Музыка оказывает на меня спиритическое влияние, я не могу умереть, меня невозможно убить». Тем не менее, ничто не вечно. И он был человеком.   

дерек сиверс о фела кути:

В 1987 году, когда мне  было 17 лет, я поехал в Новый Орлеан, сам, на несколько дней.

С гитарой на плече, я взял такси до аэропорта, и от таксиста услышал: «А, музыкант! Какую  музыку ты играешь?»

После того, как я  ему сказал, и спросил, откуда он, он сказал: «Я из Нигерии! Ты должен услышать самого лучшего нигерийского музыканта, Фела Рэнсома Кути». Он записал имя на листе бумаги.

По возвращению  в пригород Чикаго, мне пришлось ехать 20 миль до хорошего магазина аудиозаписей, и спросить, если у них что­либо в исполнении Фела Кути. Мне дали «O.D.O.O.», «Учитель Не Учи Меня Этой Ерунде» и «Без Согласия» на кассете.

 Я поставил O.D.O.O. Запись началась с простого  повторения ударов на вудблоке на 1й, 2й и 16й ноте каждого бита. Потом на фоне этого более глубокая глухая синкопирующая конга на 2й и 4й. Потом осторожно присоединился барабан, связывая все вместе. Райд­тарелки вступают. Райд­тарелки отступают. Райд­тарелки вступают. Райд­тарелки отступают. Потом они останавливаются и уступают место двум взаимосвязанным гитарам. Потом возвращаются барабаны. Потом бас. Потом огромная синкопированная труба. Ах... Обожаю.

Тридцатиминутная  песня. Аккорд не менялся. Просто разные аспекты аранжировки, появляющиеся и исчезающие. Небольшие взаимосвязанные  элементы, каждый из которых выражен  достаточно полно, чтобы позволить  оценить синкопу на фоне других. Появлется его вокал в стиле пенияговорения, и ему монотонно вторит резкий женский фоновый вокал. Потом все распадается на клавишные и соло саксофона.

Фанк. Уникально. Поразительно. Это изменило мою жизнь. Стало моей самой любимой музыкой. Афробит.

Фела повлиял на Джеймса Брауна, и Джеймс Браун повлиял на Фелу. Брайан Ино и группа «Talking Heads» гордо показали влияние Фелы на их замечательном «Remain in Light» альбоме. Мне нравится, что сейчас я могу слышать влияние. 

Focus Features поручили Стиву МакКуину снимать «Fela», художественный фильм, основанный на жизни африканского музыканта и общественного деятеля Фелы Аникулапо Кути — недавно ставшего предметом бродвейского мюзикла «Fela!».

Британский художник МакКуин напишет сценарий с помощью Бийи Банделе, на основе книги Майкла Вила «Фела: Жизнь и эпоха иконы африканской музыки». Продюсируют фильм Лидия Пильчер и Ли Блейк из компании Cine Mosaic.